Из журналистики через войну в «Театр Переселенца» (Фото) . Новости



Пообщаться с Анастасией я хотела давно, а именно с октября 2015 года. Девушка заинтересовала меня, прежде всего, потому что, была задействована в постановке «Где Восток?». Этот спектакль стал первой ласточкой «Театра Переселенца» – документального театрального проекта, где вместо актеров задействованы реальные переселенцы со своими историями и переживаниями.

Насте, как и многим жителям Донбасса, из-за военных действий пришлось оставить свой дом. Но в ее истории есть то, что зацепило идейных вдохновителей театра: немецкого режиссера Георга Жено, военного психотерапевта Алексея Карачинского, украинских драматургов Наталью Ворожбит и Максима Курочкина.

Оставить без внимания жизненные перипетии дончанки не смогла и немецкий режиссер Светлана Фурер. На прошлой неделе в Киеве состоялась премьера документального проекта «Ребенок и война». Это совместный проект Национального академического драматического театра имени Ивана Франко, SFE (Кельн), Центра имени Мейерхольда (Киев) и Театр.doc (Москва). В основе спектакля – интервью «военного» поколения 1935-2000 гг., а также поколений, которые сами и не пережили войну, однако всегда сознательно или бессознательно ощущали на себе ее влияние. В их числе и 31-летняя Анастасия Пугач, которая сейчас работает пресс-атташе «Театра переселенца».

«Весной этого года мне позвонил режиссер Национального академического драматического театра имени Ивана Франко Андрей Май и сказал, что в Киев приехала режиссер из Германии, которая будет делать спектакль о войне. Она ищет подростков, которые пережили боевые действия на Донбассе. По долгу службы мне приходилось общаться с такими детьми: режиссер нашего театра в Николаевке, что под Славянском, вместе с молодой украинской документалисткой сняли фильм «Школа №3». В процессе были задействованы подростки – ученики этой самой школы, которая летом 2014 года была разрушена в результате попадания снаряда. Светлану я познакомила с одной из героинь ленты, с Катей. Совершенно случайно в ходе общения режиссер узнала, что я сама переселенка с историей. Наша беседа продолжалась в течение четырех часов. За это время я рассказала Светлане всю свою жизнь – от и до», — поделилась Анастасия.

Интересно -   Цены на недвижимость в «ДНР»/«ЛНР» упали в 4 раза. Новости

– Твоя жизнь до войны…

– Я коренная дончанка. В Донецке прожила 27 лет. Точнее, мне исполнилось 28, и через неделю я уехала в Киев. Это было 6 июня 2014 года. Мирную жизнь вспоминаю беззаботным, веселым периодом. Детский сад, школа №1 на бульваре Пушкина, национальный университет и учеба на историческом факультете, красный диплом и работа на ТРК «Донбасс». Довольно долго писала сценарии для детской программы «Телепазлики», потом ушла в новости. Поначалу делала «бантики» – сюжеты развлекательного характера, а в конце 2013 года стала корреспондентом и ушла в более серьезные темы. Весной 2014-го я была в гуще событий. Есть что вспомнить, есть что рассказать: захват облгосадминистрации, административных зданий, прокуратуры, кровавые митинги.

– В постановке Светлана Фурер сделала акцент на твоей драме в личной жизни…

– Мой друг Андрей (имя изменено, – прим. ред.) и я были знакомы еще с детства. Позже стали встречаться. Любили друг друга. Но война нас развела по разные стороны баррикад. Я была за Украину, а он с начала боевых действий стал военным корреспондентом.

Мы общались, не касаясь политики, но я понимала, что не хочу оставаться в этом городе, хотя боевых действий как таковых еще не было. Так совпало, что в это же время мне предложили работу в Киеве, и я без колебаний согласилась. Я, конечно, подозревала, что уезжаю надолго, но не думала, что навсегда. О том, что я в Киеве этот человек знал, но не был в курсе, что тут работаю. А когда узнал, написал смску с оскорблениями. Я ответила ему тем же. На этом наши отношения закончились, мы перестали общаться.

Интересно -   В Городском саду отметили День беженца

Почему я не сказала, что еду в Киев работать? Мой друг был довольно-таки резким, категоричным человеком. Уверена, что он не отпустил бы меня. Но это моя жизнь! В конце 2014 года он уехал в Луганскую область. О том, что он воет на стороне «ЛНР», а также другие события его жизни я узнавала из Интернета.

– Вы так и не увиделись и не помирились?

– Нет. 8 февраля 2015 года он был смертельно ранен осколком от снаряда, выпущенного из «Града». Об этом я узнала на следующий день, как раз в годовщину наших отношений. После работы встретилась с подругой, мы разговаривали о нем, и тут мне звонят и спрашивают, как связаться с родственниками Андрея. Поначалу мне не хотели говорить о произошедшем, но я настаивала. Мне сказали, что он ранен, хотя на тот момент близкого мне человека уже не было в живых сутки.

– Проводить в последний путь удалось?

– Да, я ездила на похороны в Луганскую область. Благо, тогда еще не было пропусков. Как ехала туда – не помню, голова, словно в тумане. А вот возвращаться было страшно, «протрезвев», я увидела настоящую войну. После похорон я заехала ненадолго домой, повидалась с родными. А когда уезжала, моя улица подверглась обстрелу. Тогда же в Дебальцево велись активные боевые действия.

– Дома за все это время была лишь однажды?

– Раньше по работе с «Театром Переселенца» я очень часто, где-то раз в месяц, ездила на Донбасс. Но на территорию подконтрольную Украине. Дома была только один раз. Очень скучаю, там остался папа. Честно признаюсь, очень боюсь туда ехать. Хочу, очень хочу, но боюсь. Папа тоже хочет, и тоже боится. И на это есть причина: в 2015 году папа со своей мамой ездили в Харьков и по дороге у нее случился инфаркт. Моментальная смерть. Очень страшный год!

Интересно -   Не переселенец? Докажи :: Новости Донбасса

– Как попала в «Театр Переселенца»?

– В Интернете я увидела информацию о том, что Георг Жено и Андрей Карачинский ищут переселенцев для своего спектакля. И я пришла туда, но по работе, как журналист одного из телеканалов. Сняла сюжет, а затем ребята предложили мне остаться. Так я попала в спектакль «Где Восток?». Это был 2015 год. Тогда таких проектов было мало, мы были одними из первых, новаторами. Излив душевные переживания перед посторонними людьми, мне стало легче, я пережила эту ситуацию и отпустила. Она осталась в прошлом, а хочу жить настоящим и мечтать о будущем.

– Когда на Донбассе воцарится мир и будет украинская власть, вернешься?

– Я уже чувствую себя киевлянкой, правда, из «понаехавших». Съездить в Донецк, проведать родственников, друзей, прогуляться по любимым местам очень хочу. Но жить там не смогу.

Кельнский театр Светланы Фурер существует с 2003 года. Сама она училась театральному искусству в Москве, Санкт-Петербурге и Эссене, ставила спектакли во многих городах Германии. Проект «Ребенок и война» 11 ноября был представлен в Кельне, 1 и 2 декабря – в Киеве. Спектакль также будет показан в Москве.

Немецкий режиссер Светлана Фурер: «Изначально была идея поставить весь спектакль на основании книги Светланы Алексиевич «Последний свидетель». Часть этих рассказов вошла, но потом во время развития проекта оказалось, что есть живые истории. В спектакле собрано 30 жизненных историй, которые произошли во время Второй мировой войны, Холокоста и боевых действий на Донбассе. Это люди 1935-1937 гг. рождения со всех сторон – из Украины, России, Германии и поколение людей, которые были их детьми, а также ребята – переселенцы из Донбасса. В своем спектакле я стремилась обратить внимание на видимые и невидимые последствия, которые оставляет война в сознании человека. Считаю, что каждое поколение должно брать на себя ответственность говорить о войне откровенно: с теми, кто ее пережил, с теми, кто еще чувствует боль, растерянность, кому последствия войны сломали жизнь, а также с будущими поколениями, для которых война это лишь параграфы из учебников, хроника кинофильмов или косвенные рассказы из телевизора. Ведь если не говорить о войне, травма родителей переходит на ребенка. Если родители не проговаривают какие-то ситуации, это остается внутри семьи, внутри народа, и переходит дальше, человек не знает, что с этим сделать».

Анна Курцановская, РПД «Донецкие новости»

Читайте также:



Источник